Играй в долгосрочные игры с долгосрочными людьми | Навал Равикант #10

Любая прибыль в жизни идет от сложных процентов в долгосрочных играх

Ниви: Поговорим немного о том, в каких индустриях стоит работать. Какой тип работы следует иметь? И с кем нужно работать? Ты говорил: “Ты должен выбрать индустрию, где ты сможешь играть в долгосрочные игры с долгосрочными людьми”. Почему?

Навал: Да, это понимание того, благодаря чему работает Кремниевая долина и общества с высоким доверием. По сути, все блага в жизни идут от сложных процентов. Будь то отношения, зарабатывание денег или образование.

Сложные проценты — это чудесная сила. Ты начинаешь с одной единицей чего-либо, и затем ты увеличиваешь это на 20 % в течение 30 лет. И твой прирост — это не просто 30 лет умноженные на 20 %. Оно увеличивалось как снежный ком (compounding) и росло, росло, росло, пока вдруг ты не получил огромное количество этого чего-то. Будь то репутация, любовь, отношения или деньги. Я думаю, что сложные проценты — это очень важная сила.

Ты должен быть способен играть в долгосрочную игру. И долгосрочные игры хороши не только из-за сложных процентов, они хороши еще и из-за доверия. Если ты посмотришь на игры, типа дилеммы заключенного, то там лучше играть по принципу око за око: я сделаю тебе то же самое, что ты сделал мне в последний раз, за исключением разов, где произошла ошибка. Но это работает только в повторяющейся дилемме заключенного, т.е. когда ты играешь в эту игру много раз подряд.1

Итак, если ты в ситуации, скажем в Кремниевой долине, где люди делают бизнес друг с другом, где они знают друг друга, доверяют друг другу. Они поступают друг с другом хорошо потому, что знают, что этот человек будет здесь для следующей игры.

Но конечно это не всегда работает — в Кремниевой долине за один раз ты можешь заработать очень много денег. И иногда люди принимают такое решение: “Это сделает меня настолько богатым, что мне все равно, что будет дальше”. Так что для всех этих обстоятельств могут быть исключения.

Но по сути, если ты хочешь быть успешным, тебе надо работать с другими людьми. И тебе надо выяснить кому ты можешь доверять на протяжении длительного периода времени. Это позволит тебе продолжать играть с ними так, что сложные проценты и высокое доверие сделают эту игру проще, и позволят тебе получить большое вознаграждение, которое обычно происходит в конце цикла.

Например, Уоррен Баффет преуспел как инвестор на рынке ценных бумаг США. Но причина, по которой это стало возможно, это то, что рынок ценных бумаг США был стабилен и никуда не делся и, например, не был захвачен правительством. Или то, что США не ввязалось в какую-нибудь войну. Платформа не была уничтожена. В его случае он играл в долгосрочную игру. И доверие пришло от стабильности рынка ценных бумаг США.2

Когда ты меняешь индустрии — ты начинаешь все заново

В Кремниевой долине доверие исходит от группы людей в небольшом географическом регионе. Со временем ты понимаешь с кем можешь работать, а с кем нет.

Если ты будешь менять локации, если ты будешь менять группы… Представим, что ты начал работать в деревообрабатывающей индустрии, и ты наладил контакты в этой сфере. Ты усердно работаешь, ты пытаешься сделать продукт в этой индустрии. И вдруг внезапно появляется другая индустрия, связанная с твоей, но другая, и ты никого в ней не знаешь. Ты хочешь зайти в нее и заработать в ней деньги.

Если ты продолжишь прыгать между индустриями… “Нет, на самом деле я хочу открыть станции для подзарядки электромобилей”. Это может иметь смысл. Это может быть лучшая возможность. Но ты каждый раз обнуляешься. Каждый раз, когда ты уходишь оттуда, где у тебя есть сеть контактов — ты начинаешь все сначала. Ты не будешь знать кому доверять. Другие не будут знать можно ли доверять тебе.

Есть индустрии, где люди являются приходящими и уходящими по определению. Они постоянно приходят и уходят. Пример этого — политика. В политике избираются новые люди. В политике, если появляется много старожилов, например в сенате, то это уже карьерные политики.

И у карьерных политиков есть недостатки, например коррупция. Но есть и преимущества: если они на самом деле делают дела друг с другом, то они знают, что другой человек будет на этой позиции еще десять лет, и они будут делать дела с ним. И они научатся действовать совместно, кооперировать.

А например, в палату представителей США все время приходят целые группы новых представителей, которые меняются каждые два года. Ничего не может быть сделано из-за огромного количества споров. “Я только что попал сюда, и я не знаю тебя. Я не знаю, останешься ли ты здесь. Почему я должен работать с тобой вместо того, чтобы делать то, что я считаю нужным?”

Итак, важно выбрать индустрию, где ты можешь играть в долгосрочные игры с долгосрочными людьми. Эти люди должны сигнализировать о том, что они собираются быть тут долгое время. Сигнализировать, что они этичны. И их этика должна быть видна в их действиях.

Долгосрочные игроки делают друг друга богатыми

Ниви: В долгосрочной игре каждый делает богаче друг друга. В краткосрочной игре каждый делает богаче себя.

Навал: Блестяще сформулировано. Долгосрочная игра — игра с положительной суммой. Мы печем пирог вместе. Мы пытаемся сделать пирог как можно больше. В краткосрочной игре мы режем пирог на куски.

И это не оправдывает социалистов. Социалисты — это люди, которые не вовлечены в печение пирога. Это люди, которые приходят и говорят: “Я хочу кусок пирога. Я хочу целый пирог.” И они приходят с оружием.

Я думаю, что хороший лидер не забирает лавры себе.3 Хороший лидер пытается вдохновить людей, чтобы группы людей могли сделать какую-то работу. И затем прибыль делится в соответствии со справедливостью: больше получает тот, кто больше всех сделал и больше всех рисковал. А не в соотвествии с тем, у кого самый длинный и острый нож.

Прибыли идут от сложных процентов в повторяющихся играх

Ниви: Два следующих твита: “Играй в повторяющиеся (iterated) игры” и “Все прибыли в жизни, будь то: благосостояние, отношения или знания — идут от сложных процентов”.

Навал: Когда ты делаешь бизнес с кем-то, когда ты дружишь с кем-то десять лет, двадцать лет, тридцать лет. Эти отношения становятся все лучше и лучше потому, что тебе легко довериться этим людям. Трение и разногласия уходят, и вы можете делать вместе все большие и большие вещи.

Самый простой пример — это заключить брак, завести и растить детей. Это сложные проценты. Инвестируй в эти отношения. Эти отношения будут бесценными по сравнению с другими, более непостоянными отношениями.

Это справедливо и для здоровья и фитнеса. Чем ты в более хорошей форме, тем легче в ней оставаться. И чем больше ты запускаешь свое тело, тем сложнее вернуться назад к нормальному состоянию. Это требует героических усилий.

Ниви: Говоря о сложных процентах. Некоторое время назад я видел твит, где было написано что-то вроде: “Начни двигаться и не теряй скорости” (это твит от @mmay3r). Идея в том, чтобы набрать какую-то начальную скорость и не сбавлять ее. Просто продолжать что-то делать, поддерживать ее.

Навал: Я не помню его точно. Но мысль правильная. Это было что-то вроде: “Набери скорость и не дай ей уйти”. Это хороший твит.


Комментарий от Глеба

Одна из долгосрочных игр — это карьера наемного работника. Люди работают на свое резюме: “Если я поработаю в компании с большим именем несколько лет, мне будет открыта дорога в любую компанию!”. Люди добавляют друг друга в Linkedin, создают свою сеть.

Но это неправильная и невыгодная долгосрочная игра! Почему? В ней нет сложных процентов. Выигрыш в этой игре всегда ограничен зарплатой и ролью, которую придумал кто-то другой. У сложных процентов в этой игре есть потолок. Сама по себе эта игра бессмысленна.

Для меня карьера по найму больше всего похожа на компьютерную игру. Навал где-то рассказывал, что как-то очень давно услышал высказывание: “Компьютерные игры — это ненастоящая карьера”. Навал сказал, что в этот день он перестал играть в игры совершенно.

Сложная компьютерная игра, типа World of Warcraft, требует временных затрат, сопоставимых с затратами на реальную карьеру. Ты ходишь туда как на работу. У тебя есть коллеги, цели, ты выполняешь какие-то задания. У тебя появляется сеть контактов. Но только вот это все существует только на сервере этой игры.

Это долгосрочная игра, тоже с какими-то сложными процентами — получив высокий уровень, ты будешь с легкостью побеждать боссов. Или даже сможешь быстро прокачаться в новой игре. Но в мире компьютерных игр, если ты не киберспортсмен или не стриммер, нет никакой награды вообще.

И то же самое я чувствую по отношению к “реальной” карьере по найму. В ней нет сложных процентов, нет неограниченной награды. Все эти мидлы, синьоры, тим лиды, хэды и т.д. — все это имеет значение только в этом мире найма. Вне его это никому не интересно. Так же как не интересен уровень твоего героя в World of Warcraft.

Исключением является работа по найму в стартапе, где ты можешь в итоге стать частичным владельцем компании. Но это уже скорее партнерские отношения, а не работа по найму. И в посте про время внаем, Навал упоминал это как неплохую позицию для старта настоящей работы над своим благосостоянием.

Да, эта игра, работа по найму, помогает выжить в начале пути. Она дает деньги на жизнь. Но не дай себя обмануть! Не дай себя увлечь этой романтикой. С самого начала держи в голове, что это ненастоящая игра. И думай где, как и с кем я могу начать играть в настоящую игру и начать работать над настоящими сложными процентами?

Зачатки твоей настоящей долгосрочной игры могут находиться и в твоей работе по найму. Нужно только научиться видеть все это под правильным углом. И постоянно думать, как сдвинуться в правильную строну? Как начать движение и не терять скорости?


Перевод поста с сайта Навала. Перевод выполнил Глеб Михайлов.

Share

Leave a comment

1

Навал любит теорию игр. Тут он приводит пример дилеммы заключенного как противоположность игре, основанной на доверии. (прим. переводчика)

2

Я не совсем понимаю этот пример (прим. переводчика)

3

Я не совсем понимаю здесь перехода к обсуждению лидерства. Нужно не забывать, что это текстовая версия интервью, и в разговоре люди часто сбиваются с мысли. (прим. переводчика)